"Такой передачи, как "600 секунд", никогда не будет — и, наверное, слава богу"

20 лет назад, 23 декабря 1987 года, на ленинградском телевидении состоялся первый выпуск передачи "600 секунд". Программа изначально была обречена на скандальный успех. Хотя бы потому, что до той поры зрители не видели на экране постсоветскую действительность с теневой стороны. Которую каждый вечер показывал Александр Невзоров и его команда.

Теми "Секундами" открыто восхищались, их ругали за излишний натурализм и сгущение красок. Но к передаче редко оставались равнодушными — это был настоящий прорыв на отечественном телевидении.

Накануне юбилейной даты корреспондент Lenizdat.ru встретился с одним из тех, кто вместе с Невзоровым делал легендарные "Секунды", — популярным в прошлом тележурналистом и ведущим Вадимом Медведевым.

Lenizdat.ru: Вадим Владимирович, как вы пришли в "600 секунд"?

В.Медведев: Туда я пришел в 1988 году, поработав до этого корреспондентом и выпускающим редактором информационной программы "Ленинград". А позвал меня Глебыч (Александр Невзоров. — А. П.). Он меня заметил по работе на ленинградском телевидении — и позвал. Я согласился. Таким образом, нас стало трое ведущих — Невзоров, Света Сорокина и я.

Lenizdat.ru: Вы сами вели передачу и сами же снимали сюжеты?

В.Медведев: Не совсем так, на каждого ведущего работала телевизионная бригада из пяти-шести человек. Но работать тогда было не в пример сложнее, нежели сегодня. Тогда не было ни компьютеров с выходом в интернет, ни мобильных телефонов. Поэтому я не понимаю, как сегодня молодые журналисты умудряются делать ошибки в работе, имея такие средства, такой объем информации под рукой. У нас же бывало так, что выезжали на место, толком не зная, что там происходит. Приезжаешь так — и начинаешь все узнавать с нуля. А в день была норма — 7—8 сюжетов. Выручало, что тогда не было таких пробок, как сегодня.

Lenizdat.ru: Как обычно проходил рабочий день?

В.Медведев: Выезжали на съемки в 10 утра. Если к 18 возвращались в студию — это было хорошо, если к 19 — уже плохо, так как нужно было быстро монтировать сюжеты перед выходом в эфир. Что как сделать, как сказать — советовались всей бригадой, включая осветителя и водителя. Бывало, так заматывались, что к концу рабочего дня не могли толком вспомнить, что снимали утром... Потом шла запись, озвучка сюжетов моим голосом, и, наконец, монтаж. У нас были прекрасные, очень профессиональные монтажники.

Lenizdat.ru: Техническое оснащение студии оставляло желать лучшего?

В.Медведев: Тогда не было даже известной пленки VHS, не было портативных видеокамер — когда появились первые легкие видеокамеры, это казалось чудом. Не было даже кассет "Бетакам", поэтому лично у меня не сохранилось ни одной записи передачи. Один знакомый сделал на этом большой бизнес: привозил из Германии бывшие в употреблении видеокассеты. Пользованные в смысле, там было записано всего по одной минуте. А дальше кассета была абсолютно чистая. У нас кассеты использовали по пятьдесят, по сто раз, записывали поверх записанного ранее. И выбрасывали, лишь когда пленка уже буквально рассыпалась. Такие были времена.

Lenizdat.ru: Какой направленности сюжеты предпочитали вы?

В.Медведев: Я не очень любил выезжать на разного рода аварии, пожары, несчастные случаи, криминал… Меня как-то больше привлекали социальные проблемы, темы культуры. Помню, у нас еще шутливая формула программы была: трупик — попик — филармония. С трупиками все понятно, попики — это зарисовки о возрождении церкви в России, тогда ведь много новых храмов открывалось… А филармония — это концерты, выставки, культурная жизнь.

Lenizdat.ru: Как вам работалось с Невзоровым?

В.Медведев: Он был первым, главным ведущим передачи. Он не совался в наши программы, свои сюжеты мы делали сами. Бывало, я подменял его на неделю, когда Глебыч куда-то уезжал. А отношения у нас были чисто рабочие — ни дружеские, ни приятельские. Но в целом — работалось нормально. Никаких проблем в нашей совместной работе не было. Мы могли быть не согласны с ним в каких-то отдельных вещах — например, в политических взглядах. Но работе это не мешало.

Lenizdat.ru: Часто "600 секунд" упрекали в излишнем натурализме в репортажах, сгущении красок…

В.Медведев: А вот это уже вопрос к Александру Глебовичу. Но думаю, наша программа удачно попала в струю эпохи — конец 80-х — начало 90-х, когда у людей еще были какие-то мечты и надежды на перемены к лучшему. До этого у нас в стране еще не показывали трупов, не было ни громких катастроф, ни каких-то страшных происшествий. И поэтому то, что мы тогда показывали, было для зрителя в новинку. Но потом мы начали понимать, что даже показы трупов со временем приедаются зрителю.

Кстати, сейчас обращаю внимание, что почти все утренние новости начинаются с какой-то гадости. Тогда я говорю себе: "Доброе утро, какие еще гадости у нас произошли?"

Lenizdat.ru: А может, это как раз пошло со времен "600 секунд"?

В.Медведев: Возможно, и так. Но нельзя с таких сообщений начинать новости. Понимаю, когда самолет упал или поезд сошел с рельсов… Но когда нам первым делом сообщают об очередной дорожной аварии с четырьмя трупами… Ну не то это. Мы тогда вечером выходили. А когда мы все это с утра видим… Если от "600 секунд" что-то и взяли сегодня, то в основном худшее.

Lenizdat.ru: В чем вы тогда видели свою главную задачу как журналиста?

В.Медведев: Мы не были ни пожарными, ни скорой помощью. Никого не спасали, не помогали… Но могли поднять какую-либо проблему, подсветить ее с определенной стороны. Порой удавалось и реально помочь.

Однажды мы показали сюжет — про очень бедную семью, в которой два инвалида — отец и сын. И сын сказал, что у него есть одна мечта на Новый год — хочу, говорит, какой-нибудь дохленький старенький компьютер. На следующее утро звонок в студию: "Ребята, я тут вам компьютер привез, оставлю на проходной у охранника". Подождите, говорю, дайте мы вас хотя бы снимем. "Не надо меня снимать — просто передайте", — ответили мне. А тот компьютер оказался вполне современным по тем временам, даже с цветным монитором. Тогда приходила радость от того, что кому-то удалось помочь.

Когда происходили подобные случаи, я искренне радовался, что у нас не перевелись настоящие люди — богатые, но не жадные и не тупые.

Lenizdat.ru: Какой сюжет за время работы в "600 секунд" вам больше всего запомнился?

В.Медведев: Однажды приехали в отдел милиции. Беседую с задержанным, совершившим какое-то ограбление. Оказался приезжим. Спрашиваю — почему в Ленинград приехал, в феврале — все-таки в это время у нас не белые ночи… Да, говорит, я из Ростова спешно свалил. А чего, спрашиваю, свалил? Пришлось, отвечает, я там тетку одну грохнул… Когда стоявшие рядом опера это услышали, они на некоторое время впали в ступор.

Lenizdat.ru: Трудно ли было получать информацию от сотрудников прокуратуры, правоохранительных органов?

В.Медведев: В правоохранительных органах у нас были очень неплохие связи. И в то же время мы всегда четко понимали — о чем можно говорить, а о чем нельзя, чтобы не повредить следствию. Нередко бывали курьезы — когда милиционеры просили нас показать фотороботы подозреваемых. Когда этих "мордашек" было слишком много, приходилось вежливо объяснять, что мы не можем всю передачу показывать такие лица. Впрочем, позднее такая практика перешла в ТСБ ("Телевизионная Служба Безопасности" — передача Пятого канала. — А. П.), и считаю ее весьма полезной.

Lenizdat.ru: Насколько помню, вы, как и Невзоров, почти всегда появлялись в эфире в кожаной куртке. Единство стиля?

В.Медведев: Нет, просто побывал в командировке в Англии, пригласили коллеги из "Би-би-си". Однажды на лондонском рынке увидел песочно-коричневую куртку из мягкой кожи, которая мне сразу понравилась. Потом долго гордился этой покупкой. Нет, это был не стиль такой у ведущих, просто щеголял.

Lenizdat.ru: Если не секрет, почему вы в 91-м ушли из "600 секунд"?

В.Медведев: Не скажу, что сам ушел — скорее, меня ушли. 12 июля 1991 года я пришел на работу, готовился к выезду на съемки. А наш режиссер, покойный Кирилл Шишкин (создатель "600 секунд". — А. П.) и говорит: "Мы больше не будем работать с Невзоровым по идейным соображениям". Я говорю — ребята, ну не надо торопиться, давайте доработаем до конца. И я остаюсь без работы, и вы… Нет, говорят, и все. А что я один мог сделать? Главной в нашей работе была бригада. Кстати, надо отдать должное нашим ребятам — всегда работали как одна команда, как единый организм.

Lenizdat.ru: И вы встретили предложение прекратить работу без особого энтузиазма?

В.Медведев: Да, особого энтузиазма не было. А что оставалось?

Lenizdat.ru: А как насчет цензуры со стороны руководства телеканала?

В.Медведев: Не припомню ни единого случая, чтобы к нам подходил кто-то из руководства. Не то чтобы нас боялись — просто не хотели связываться. Наверное, понимали, что если не поздоровится нам — не поздоровится и им. Но мы понимали, что наше время уходит. Новости были, есть и будут. Но любая нормальная программа живет не больше трех-четырех лет, для нашего телевидения это норма.

Lenizdat.ru: Можете ли сказать, что три года работы в "Секундах" были для вас самыми сложными?

В.Медведев: Не могу сказать, что это был постоянный напряг. Эти годы были самыми сложными в моей телевизионной работе — и в то же время самыми счастливыми. Приходишь в понедельник на работу — и понимаешь, что у тебя по темам полный ноль. А что-то снимать надо, надо что-то народу показывать… И начинаешь копать. К концу недели часто случалось, что уже не знали, куда девать отснятые сюжеты. Многие просто отправлялись в корзину. В своей работе я помню и другие времена — когда за твердый оклад в сто тридцать рублей можно было целый день гонять чаи и играть в шахматы. Но это было неинтересно.

А тут всегда под вопросом: "успеем — не успеем". Тем не менее мы всегда стремились выдать нечто такое, чего ни у кого не было. При обсуждении тем и сюжетов в первую очередь ориентировались на зрительский интерес. Если казалось, что сюжет будет неинтересен зрителю — он летел в корзину.

Да, в начале существования передачи привлекать внимание удавалось благодаря каким-то острым моментам. Но позже мы поняли, что надо быть ближе к людям, показывать их повседневные проблемы. А самый кайф от работы был — когда реально удавалось кому-то помочь. От этого мы все тащились.

Lenizdat.ru: Как считаете, возможно ли возродить нечто подобное "Секундам" в наше время?

В.Медведев: Такой передачи, как "600 секунд", никогда не будет — и, наверное, слава богу. Меня знакомые иногда и сегодня спрашивают — а куда делась ваша передача? Нет, повториться это уже никогда не может. Потому что время ушло. Мы не те. Другие могут прийти, но это будут уже не те "Секунды". А в те годы совпало время, мы — и желание делать что-то принципиально новое.

К нам на студию часто приезжали иностранцы, все спрашивали — как вам удалось сделать такую передачу? Многих, кстати, интересовала фишка с обратным отсчетом времени. Многие даже спорили — успеет ли ведущий закончить, прежде чем на экране появятся четыре нуля (000,0 — означало конец передачи. — А. П.) Такого нигде в мире еще не было.

А ведь на нашей передаче теоретически можно было бы сделать бешеные деньги — хотя бы на футболках с фирменным знаком "600 секунд". Позже мы выяснили, что название нашей передачи даже не зарегистрировано как товарный знак… Не знаю, может, кто-то и сделал на этом деньги. Но лично я таких футболок не видел.

Lenizdat.ru: Как оцениваете состояние нынешнего телевидения, профессионализм тележурналистов и ведущих?

В.Медведев: Тогда все ведущие передачи проходили жесткий отбор, редколлегии и так далее. А сейчас, когда видишь, кто появляется на экране, порой становится страшновато. Складывается впечатление, что никакого отбора уже нет. То ли теперь все решают деньги, то ли еще что-то… Вдобавок ведущие новостей еще меняются как перчатки, порой не успеваешь уследить.

Lenizdat.ru: А какие телеканалы сами предпочитаете?

В.Медведев: Раньше смотрел Пятый канал — пока он не стал федеральным. Тогда перестал смотреть. Мне хочется что-то интересное про Питер узнать, а они рассказывают, как дела в стране. Технологии у них сегодня — не в пример нашим, в начале 90-х. Но смотрят ли их сейчас? Лично мне как петербуржцу хочется больше знать про городские новости. А сейчас про жизнь города скорее можно узнать из петербургских "Вестей" и "НТВ — Петербург", хоть мне и не очень нравится их уклон в криминал.

Lenizdat.ru: На ваш взгляд, имеет ли право тележурналист открыто высказывать свои политические взгляды?

В.Медведев: Журналист не имеет право брать в руки оружие. А высказывать свои взгляды — это пожалуйста. Вопрос в другом — сейчас на телевидении говорят лишь о том, что от них хотят услышать. Что особенно заметно в предвыборные кампании. К сожалению, продажность стала едва ли не нормой. Я смотрю на многих журналистов — и в глазах у них вижу то ли долларовые знаки, то ли пятитысячные купюры. И выражение полного счастья на лице.

Мы не знали, что это такое — работать исключительно за деньги. У меня были случаи, когда предлагали деньги. Приезжаем в студию — звонят. Спрашивают, пойдет ли такой-то сюжет в программу. Если да — то предлагали заплатить, чтобы не вышел. Но сюжет все равно шел. И я не считаю, что зря так поступал. Не все у нас продается. Я не построил себе шикарный особняк, не съездил на Канары. Но не завидую тем, кто сделал это… Живу на пенсию.

Lenizdat.ru: Что хотели бы пожелать молодым тележурналистам?

В.Медведев: Не надо стараться понравиться зрителю. Это страшно, когда тележурналист в кадре пытается понравиться зрителю. Смотрится отвратительно, и обычно плохо кончается. А главное, чтобы молодые журналисты не измеряли все деньгами. Много денег — это, конечно, круто. Но это не главное. Есть и другие, более важные критерии.

[ДОСТУПНО ТОЛЬКО ЗАРЕГИСТРИРОВАННЫМ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯМ]