Еще недавно Минаева если и звали на ТВ, то как экзотического персонажа, который способен "поддать жару" в дискуссию, а нынче он уже сам приглашает героев в свою программу "Честный понедельник", что выходит на канале НТВ, собирая высокие рейтинги. У Минаева есть и свое радиошоу на "Маяке", он пишет колонки в газетах и информационных порталах, он популярный блогер. И книжки его по-прежнему хорошо раскупается. Недавно вышедший роман "Р.А.Б." за первый месяц продаж разошелся 100-тысячным тиражом. После недавней презентации романа в Доме книги – доме Зингера - Сергей ответил на вопросы Lenizdat.ru

- Нет, это какая-то дезинформация. Да, я отказался от одного интервью, но для ТВ. Сказал, что я не поеду в студию, потому что немного устал от ТВ. Я сам теперь на ТВ, и что же мне еще и на ТВ интервью давать... А что касается других СМИ, то единственным достоверным источником информации является мой сайт amigo095.ru или мой livejornal, где я постоянно пишу. И там за две недели до визита в Питер я попросил питерских журналистов аккредитовываться. Вот, пожалуйста, эта запись: "Любимая питерская пресса. Вспоминая прошлогоднее столпотворение на пресс-дне по поводу "Телок" (название предыдущего романа. - Авт.) и последующие обиды на несогласованность издателя, писателя и журналиста, отправляйте заявки на интервью сразу мне на amigo095@litprom.ru Kisses, CM"

- Я думаю, что это такие же СМИ, как и прочие – не хуже и не лучше. Хотя быстродейство, скорость распространения информации совершенно другая. Сейчас уже нет, а раньше была еще и совершенно другая степень ответственности, потому что в Интернете можно было писать все что угодно, он был практически не подсуден.

Но Интернет же очень сильно меняется. Если раньше интернет-газеты были средствами массовой информации, то сейчас электронными СМИ начинают быть блоги. Блог Соловьева, блог Минаева, блог Лебедева… Это же своего рода каждодневный прямой эфир.

Я думаю, печатные издания довольно сильно будут терять в тиражах в этом и следующем году. В то же время, как только интернет-СМИ вырастут, поднимутся, они статьи свои будут делать за денежки. Нет же бессребреников.

- А я не знаю, как раньше было. Я раньше не был ТВ-ведущим. Но что касается "Честного понедельника", то на нас не было никаких наездов со стороны власти, не было попыток цензуры…

- Я тогда очень хотел донести две вещи и донес. Господа, мы можем говорить, что "Духless" (дебютный роман Минаева. –  Авт.) был плохой книгой или то, что он был хорошей книгой, можно говорить, что у "Духлесса" был тираж 700 тысяч копий, но и тогда мы ни о чем не скажем. Вопрос в том, что эта книга стала явлением уже хотя бы потому, что это была самая обсуждаемая книга за последние пять лет. И второй момент, когда наша московская полубогемная интеллигенция начала мне предъявлять какие-то интеллектуальные счета, я сказал: "Ребята, у интеллигенции, коей плоть от плоти я являюсь, всегда была в России одна проблема: она не оставляла никому ни единого шанса. Мы были и судьями, и творцами – все в одном лице, и, кроме нас, нигде и никого быть не должно!"

А "Гордон-шоу" я выиграл вчистую. Скорей, даже не потому что я выиграл, а потому что Гордон проиграл. Понимаете, когда ведущий говорит в начале передачи, что я, мол, буду приглашать сюда людей, с которыми буду бороться, это подразумевает то, что ты приглашаешь врагов. А врага надо ненавидеть, для того чтобы его побеждать. Но люди, что выходили ко мне с другой стороны барьера, шли с извиняющимися лицами, потому что по большому счету  меня ругать-то не за что. Вот выходит один из самых известных литературных критиков и говорит: "Конечно, у вас в последнее время изменился стиль, и книги стали лучше, но…", - и потом он вяло вспоминает о том, какая у него миссия и что-то такое критическое лепечет… Нет, несерьезно все было!

- У меня тоже что-то вырезалось. Но я не чувствовал в этом намеренности. У нас был очень затянутый хронометраж, нужно было неизбежно сокращаться.

- Нет, никогда. Во-первых, он считает, что он выиграл у меня. Во-вторых, любая удачная фраза гостя в лицо ведущему, которая "убирает" Гордона, конечно же, будет вырезана. Потому что ведущий должен быть героем положения – таков закон ТВ.

- Безусловно, когда ты делаешь ТВ-формат программу, в которой есть два человека, представляющие различные точки зрения, есть ведущий, есть главный герой, то ты невольно попадаешь под упреки, что это, мол, подражательство. Но все эти форматы –  уже стандарты мирового ТВ, и тут никто не оригинален.

Важно, что "Честный понедельник" стало единственным ток-шоу, где главным героем является человек с улицы. То есть не актер, играющий такого персонажа, а реальный человек. В этом, я считаю, наш прорыв, и, насколько мне известно, на других каналах сейчас готовятся аналогичные проекты, что доказывает - мы сделали новый отечественный бренд. Но с Минаевым всегда так: сначала все ругают, потом все любят, потом все говорят, что он – культовый. Поэтому, я вас уверяю, вы привыкните к "Честному понедельнику"!

- У нас сейчас есть два политических шоу в стране, которые народ смотрит, – Соловьева и Минаева. Но мы не конкуренты. К Соловьеву я отношусь очень хорошо. Мое первое появление "в телевизоре" случилось именно у Володи, когда я сидел судьей в программе "К барьеру". И мой последний эфир перед "Честным понедельником" тоже был в программе "Барьер" - против писателя Захара Прилепина. Но даже если бы этого не произошло, я все равно считал бы Соловьева потрясающим ведущим.

- Я лично хочу поработать в жанре телеинтервью - то, что сейчас делает Познер, но менее вальяжно и более агрессивно. Такой жесткий диалог. Но две программы я точно не буду вести.

- У нас очень разное ТВ. У "Честного понедельника" довольно хорошие рейтинги. А один из самых плохих был зафиксирован у передачи, где мы говорили о введении комендантского часа для подростков. При этом у меня в блоге велась дискуссия в течение 96 часов, четыре дня в блоге билась молодежь, им это было интересно. На НТВ тоже была интересная программа, пришел вице-спикер Думы, мы обсуждали какие-то интересные вещи. Но на следующий день, когда посмотрели рейтинги, они оказались никудышными. Тогда мы посмотрели повнимательный, что шло параллельно на других каналах и какие там были рейтинги. И я сказал себе: ё-п-р-с-т, что же это за страна, которую не интересуют собственные дети!.. А страна в тот день смотрела заключительную серию "Доярки из Хацапетовки". Страна в едином порыве смотрела эту низкопробную ересь, дебильную сказку о том, как приезжает девушка бог знает откуда и становится принцессой… 36 процентов нашего с вами народа смотрели вот эту ахинею, еще 18 выбрали сериал про ментов… После чего мой приятель сказал забавную фразу: "У нас девочки смотрят "Доярку из Хацапетовки", а мальчики смотрят "Братву", а потом у них рождаются дети…" Хотя молодежь ТВ смотрит все меньше, а все больше пропадает в Интернете, где мы можем поговорить по душам.

- Тяжелы они на подъем! Когда обсуждался закон о комендантском часе, я попросил: "Дайте главного мента, кто все это придумал!" И вот мы пишем письма в приемную, а нам отвечают: "Ну, это надо за три недели договариваться! Готовить вопросы, туда-сюда!" Они боятся… Боятся приходить… Во-первых, они плохо говорят. Я не знаю, как они думают при этом, потому что речевой аппарат вообще-то следствие мозговой деятельности. Они боятся вопросов, не хотят быть порванными, а порванными будут в пятнадцать секунд, потому что я не делал ни одного интервью, не вел ни одной передачи с позиции "Я не могу не спросить вас!". У меня всегда был вопрос ребром: "А какого черта!" У нас есть, конечно, Жириновский, но другого такого нет...  

- Соловьев начал писать после того, как он стал известен как телеперсона. Я пришел в ТВ, имея багаж из трех довольно удачных книг, имея за плечами какой-то статус.

Радио я всегда считал для себя развлечением. На радио ведь работаю два часа в неделю исключительно из-за того, что у меня там потрясающий партнер Игорь Ружейников (Шоу Игоря Ружейникова и Сергея Минаева выходит на радио "Маяк" по субботам с 21.30 до 22.30. – Авт.). Во-вторых, радио - это магия прямого эфира, который, простите, в наше время больше никто не даст нигде. На ТВ у нас прямые эфиры вымерли, как мамонты.

Что касается публицистики, я стал очень мало писать. Две статьи в год пишу и безумно по этому поводу скучаю. Книгу выпускаю, в отличие от остальных авторов, одну в год-полтора. На ее написание у меня сейчас уходит все больше и больше времени.

Но, вы правы, я легко перехожу от одного жанра к другому. Я ко всему всегда относился как к забаве. У меня просто такой склад характера. Как только начнут играть серьезно, я провалюсь. В то же время я всем занимаюсь с удовольствием, я безумно честолюбивый. Такое вот сочетание…

- Мне кажется, такое отношение ко мне переламывается. Ну нельзя же годами пинать один и тот же мяч. А потом я стал профессионалом. Стал лучше писать, и это говорят люди, которые, в отличие от меня, имеют отношение к литературе. Ну а по большому счету, можно ли всерьез говорить о ненависти в отношении автора, чью книгу купили 700 тыс. человек?! Меня традиционно не любили критики, меня не любила пресса и вся эта полупрезрительная высоколобая интеллигенция. Но это такой мизерный процент, что им просто можно пренебречь.

Нагловатый, хамоватый - прет, как танк... А что еще народу из Хацапетовки требуется!

токо МС такое мог напесать

 первую книжку невозможно было до конца дочитать (последующие и просто в руки брать не хочется ) - низкопробный продукт зарвавшегося предпринимателя, который метит в интеллигенты

Хам не хам, а полтора миллиона книжек продал... А где узколобые критики?!

Хам не хам, а полтора миллиона книжек продал... А где узколобые критики?!