Европейскую конвенцию, а точнее ту ее часть, которая касается свободы выражения своего мнения и самым непосредственным образом связана со свободой слова, обсуждали на прошлой неделе в Варшаве. Там проходил пятидневный семинар "Права человека в СМИ". Участие в нем принимали 30 журналистов из Белоруссии, Эстонии, Литвы и России. Петербург представляли пятеро журналистов — сотрудники "Новой газеты", "Часа Пик", АЖУРа, "Нашей Версии в Питере" и журнала "Пять углов".
Не секрет, что в последнее время работа журналистов стала больше напоминать работу следователей— без документа никуда. Даже диктофонная запись должна делаться по определенным правилам, иначе она не будет принята в суде.
Часть городских газет стали уже чуть ли не завсегдатаями в судах в качестве ответчиков. Со СМИ стало модно, а самое главное — очень выгодно судиться. Ну и наконец, последним "ударом" стали изменения, внесенные в прошлом году в федеральный закон "О противодействии экстремисткой деятельности", где за публичную клевету в отношении представителей государственной власти журналист может поплатиться даже свободой. Причем, как известно, клеветой чиновник может постараться представить все, что ему не понравится.
Между тем, далеко не всем нашим коллегам известно, что в Страсбурге, в Европейском суде уже рассмотрены несколько дел представителей СМИ против России, касающиеся именно свободы слова, ее пределов.
Самым известным и показательным можно считать дело журналиста Василия Красули. Октябрьский районный суд Ставрополя приговорил его к одному году лишения свободы условно "за клевету в отношении губернатора Ставропольского края Александра Черногорова".
В начале января 2002 года газета "Новый гражданский мир", шеф-редактором которой был Красуля, опубликовала статью "Черногоров подбирается к Ставрополю". В материале обсуждалось решение местной думы о новом порядке назначения мэра города, который больше не избирался голосованием.
"Публичная клевета", за которую поплатился шеф-редактор Красуля, заключалась в том, что он в жесткой форме обвинил губернатора в некомпетентности и нажиме на депутатов ставропольской городской думы. Черногоров посчитал себя оскорбленным и потребовал возбудить уголовное дело по статье о клевете. Красуля на суде уверял, что в статье высказано всего лишь оценочное суждение, не более. Конечно, ни заявления самого шеф-редактора, ни заключения эксперта (назначенного, между прочим, следователем прокуратуры) ничего в судебном процессе не изменили. И даже после того, как Красуля обратился в Страсбургский суд, российские чиновники продолжали утверждать, что "заявитель был осужден за распространение клеветнической информации, которая причинила вред репутации губернатора". Но Европейский суд, это не российские служители Фемиды (которых, кстати говоря, весьма мало волнует, что на здании Верховного суда в Москве уже много лет богиня правосудия спокойно стоит без какой бы то ни было повязки на глазах). В Страсбургском суде еще в прошлом году по одному из дел о нарушении права на свободу слова в России уже признали, что в нашем отечественном праве не проведено границы между фактами и мнениями, когда речь идет о доказательстве их правдивости (дело Захарова против России, октябрь 2006 года).
Однако европейские судьи, надзирающие за выполнением норм Европейской конвенции государствами-участниками, придерживаются другой позиции. Истинность мнения невозможно доказать, требование доказать правдивость своих оценочных высказываний само по себе является нарушением статьи 10 Конвенции, гарантирующей свободу слова.
В деле Василия Красули против России, европейский суд тоже посчитал, что осуждение редактора уже являлось вмешательством в осуществление свободы слова в трактовке Европейской конвенции. По мнению страсбургских судей, журналисты и редакторы газет (радио, телевидения, интернет-изданий) пользуются особой защитой статьи 10 Конвенции, поскольку должны выполнять общественно-значимую функцию информирования граждан. А губернатор (впрочем, так же, как и любой другой высокопоставленный чиновник), будучи публичным политиком (или представителем государственной власти), обязан терпимо относиться к критике в его адрес. Более того, в Европейском суде посчитали, что журналист имеет право на определенную долю провокации и преувеличения. В этом решении, как и в прошлогоднем, по другому делу, было еще раз отмечено, что возложение бремени доказывания правдивости суждений на заявителя в принципе не может быть реализовано. В общем, пять лет спустя, Василий Красуля не только выиграл у губернатора Александра Черногорова, но еще и компенсацию в четыре тысячи евро получил. Кстати, в прошлом году нарушение Россией статьи 10 обошлось налогоплательщикам в одну тысячу евро. На подходе еще несколько дел по этой же статье.
Однако уже сегодня решение Европейского суда по делу Красули можно и нужно использовать в наших судах. Дело в том, что принятие или непринятие к рассмотрению жалобы в Страсбурге сопровождается рядом хитростей и мелких деталей. Например, ссылался ли ходок в Страсбург в своих заявлениях в российские суды на вынесенные по аналогичным делам решения Европейского суда. Если ссылался, то шансы на рассмотрение его жалобы увеличиваются.
Более подробно с делами из России (в том числе по СМИ, свободе слова и праву выражать свое мнение) можно ознакомиться на сайтах www.demos-center.ru и www.sutyajnik.ru.