Неделя была богата событиями. Некоторые из них попали в телевизор, некоторые целиком ограничивались телевизионной картинкой, иные в телевизор не вмещались – времена всемогущества для этого вида СМИ, похоже, позади. На экране мелькали кадры протокольных съемок Международного экономического форума в Петербурге: "мы изменились, неизменным остается лишь наше желание изменяться в этом изменчивом мире" - и еще много практически полезной экономической информации. А также выступление президента Медведева, которого было как никогда много на экране.
Куда больше, чем Путина, вынужденного в основном обещать "во всем разобраться" и снисходительно лицезреть моноспектакль Лукашенко на тему "…ничего не ел… думал, кусок хлеба дадите" - белорусский президент застенчиво ревнив к отсутствию официальных обедов в его честь. Кусок хлеба, видимо, дали, но последовавшая газовая война оказалась неизбежной и развивалась по известному украинскому сценарию. Во всяком случае – так это выглядело по телевизору: сцена в президентском кабинете, дуэт Медведева и Миллера, потом интервью пресс-секретаря "Газпрома", издалека показанная бумажка с белорусскими предложениями урегулирования конфликта (в ответ звучит иронический отказ принимать плату за газ пирогами и баянами – это смешно, это запомнится). В качестве припева – заверения, что все это никак не повлияет на европейские поставки российского газа. Понятно, это шоу мы уже смотрели, а что там на чемпионате-то?..
Начал же президент теленеделю с выступления, в котором России было предложено стать для всех здравомыслящих, способных к инновациям людей доброй воли "страной мечты". (Интенция ясна, и, кстати, лозунг придуман не без остроумия – страной мечты для пассионарных эмигрантов долгое время была Америка, но "мы изменились", теперь у нас "многополярный мир", многополярные медведи – пусть народ мечтает о высоком.) Это похоже на предложение, от которого страна просто не сможет отказаться. О России можно только мечтать.
Начинать надо с детства. В Петербурге прошел очередной праздник "Алые паруса", ставший важным событием местного телеэфира. Идея праздника и в самом деле хороша, его главный трюк – проход парусника в Неве – эффектен и совершенно оригинален (спасибо Александру Грину и тем, кто о нем вспомнил). По телевизору, говорят, ощущения от шоу не те, но видно намного лучше. Атмосфере мечтательности ничто не мешает – ни давка, ни своеобразный подбор артистов. Салют в ночном небе великолепен, шведский парусник в роли галеота "Секрет" убедителен (что не дает ни права, ни возможности забыть о судьбе нашего "Штандарта"), появление алых парусов под музыку Дунаевского – прелестное зрелище, вероятно, способствующее воодушевлению вчерашних школяров. А сразу вслед за романтической увертюрой из "Детей капитана Гранта" оркестр и хор исполняют "Гимн великому городу".
Само по себе безупречное произведение. Но перепад настроения в этом контексте обеспечивает резкий и недвусмысленный: юности только что были обещаны "ужасные опасности и страшные приключения" (ребята, собственно, это и празднуют) - а теперь отставить вольности (гимн их отменяет), извольте строиться по росту и отправляться на созидание во благо и т.д.
Не дали детям помечтать – а ведь даже президент вроде бы не против. Его собственная мечта, похоже, сбылась: во всяком случае, именно так выглядел Дмитрий Медведев, пожимая руку Арнольду Шварценеггеру. Гамбургер и одна на двоих порция картошки, съеденная на пару с Бараком Обамой, похоже, такого эффекта не произвели. Кажется, Дмитрий Анатольевич такое уже кушал.
Интересно, что официальный визит президента в Америку Первый канал предварил повтором трехсерийного фильма Михаила Леонтьева "Большая американская дырка" - единожды прервавшись на футбол. Экономисты – наши и американские (среди них – несомненные эксперты) – говорили о провале экономической и финансовой политики США, о мошеннических операциях, дутом курсе доллара, удерживающегося лишь уровнем международного спроса, а не реальной экономикой, и так далее. Остановившись, впрочем, строго на той границе, которую не побоялся перейти только Майкл Мур, потребовавший у американских банков возвращения денег, полученных ими от конгресса, обмотавший здания на Уолл-стрит желтой лентой "место преступления" и обратившийся к полицейскому, дежурившему у банка: "Офицер, я должен произвести гражданский арест, мне нужна ваша помощь!" Как вам такая постановка вопроса?
У Михаила Леонтьева – иная: "Они хотели быть богатыми на халяву, - чему-то ласково улыбаясь, произнес журналист. - Жадность фраеров сгубила". Что бы сказал по поводу этой интонации и этого словоупотребления специалист по лжи доктор Лайтман (показ сериала "Обмани меня" возобновлен на Первом канале)? Что вкупе дают болезненное возбуждение, тихое злорадство и перегруженность фразы криминальной лексикой?
Почему Майкл Мур, который просит о помощи, выглядит борцом с преступностью, а журналист Леонтьев, говорящий на жаргоне преступников, – их пособником?
Из событий, которые на экране едва мелькнули, было и чрезвычайное: показания по делу Ходорковского и Лебедева дали Герман Греф и Виктор Христенко: нет, им ничего не известно о хищениях нефти. Подробности опубликованы в печатных СМИ, Рен-ТВ (а больше, кажется, сюжета нигде и не было) смогло показать только проход Грефа (изрядно смущенного) к машине, чуть более многословного Христенко, вопрос журналиста гособвинителю: "Убедили ли вас показания Виктора Христенко, и есть ли шанс, что обвинение изменится?" и кроткий, подобающий ответ: "Пока нет". Они правы, им нельзя в телевизор. Потому что это красноречивое "пока" говорит больше, чем половина аналитических статей. Желающие могут продолжить мечтать. "Город 812