Обозреватель "Новой газеты" Андрей Колесников рассуждает в своей колонке о последнем увлечении официального представителя Следственного комитета РФ Владимира Маркина – о Twitter. И приходит к выводу, что твиттеру — твиттерово, следователю — следователево.
Это что-то личное. Я не имею аккаунтов в Фейсбуке и Твиттере, читаю газеты на бумаге (по Георгу Вильгельму Фридриху Гегелю — это утренняя молитва современного человека), выписываю ежегодник "Лучший газетный дизайн", "каментов" к своим текстам принципиально не просматриваю, суетливому неврозу тачскрина предпочитаю спокойную уверенность томов классиков с оплывшими от времени терракотовыми страницами.
Но это не единственная причина, по которой мне кажется странной увлеченность генерала-майора юстиции, споуксмена Следственного комитета России Маркина В.И. такой штукой, как Твиттер.
Для примера подвергнем деконструкции такую запись: "К слову, сейчас г-н Крайний проверяется на причастность к совершению ряда других преступлений. Кстати, всем рыбакам — "ни хвоста, ни чешуи".
Представим себе, что в газете "Правда" появляется сообщение официального лица НКВД о том, что народный комиссар рыбной промышленности проверяется на причастность к "совершению ряда других преступлений". В той системе — это приговор еще до приговора. В нынешней — это не совсем так. Но с учетом обвинительного уклона правоохранительной системы, сопутствующей подобного рода историям истерии в провластных СМИ, такие шутливо-радостные заявления генерал-майора расшифровываются совершенно однозначным образом — коррупционер-министр виновен, выводим на чистую воду, в результате не приходится сомневаться.
А ведь генерал-майор — даже еще не суд, чья независимость у нас особенно остро проявляется в те короткие секунды, когда первое или второе лицо отвечают на вопросы, касающиеся наиболее резонансных и диковатых уголовных дел. В сущности, он даже не следствие. И вот, собственно, главный вопрос: соответствует ли пребывание говорящей головы Следственного комитета в социальное сети быстрого реагирования принципу презумпции невиновности, ст. 49 Конституции РФ? Особенно с учетом некоторой когда категоричности, а когда жовиальной игривости его заявлений? В ладах ли это присутствие, эта необычайная "открытость" чиновника с Уголовно-процессуальным кодексом РФ?
Вполне очевидно, что старшие товарищи приняли решение бить врага на его территории — в социальных сетях. Туда сейчас только ленивые не заходят. Даже патриарх Кирилл призывал работников православного просвещения активнее вербовать души необращенных трудящихся на пыльных дорожках Интернета. Но стоит ли следственным органам докладывать о каждом своем шаге, да еще в ситуации, когда этот самый каждый шаг можно оценить даже не как шаги Командора, а как безальтернативное прибытие "черной маруси"?
Разумеется, на это можно возразить — а как же открытость всяких там компетентных органов? Как же гласность в работе? Да никак. Если "гласность" настраивает общественное мнение на то, что человек, в отношении которого проводятся следственные действия, уже только по их факту во всем виноват — это нарушение презумпции невиновности и смысла уголовно-процессуального закона.
Вот интересно. Например, беседует следователь с журналистом "Новой" Иреком Муртазиным и говорит, что закрыть газету можно просто на счет раз, и это, в сущности, в его силах. Нормальный такой разговор в рамках этики "лесной братвы". А че? Что на это пишет в Твиттере Маркин? "Опасения Муртазина о лишении свидетельства о регистрации "Новой газеты" беспочвенны. Следователь лишь разъяснил требования ФЗ о СМИ, не более того".
Ага, это у них в традициях еще со времен НКВД: вот здесь распишитесь, а то и жену, известную контрреволюционерку, посадим, и детей сдадим в детский дом. Прямо в рамках закона.
И вот эти все замечания, в которых ощущается неподдельная радость и железная поступь всего следственного и даже судейского корпуса РФ -- "Как полагает следствие, "Русал фольга…", "В "Кредитимпэксбанке" проводится обыск…" — способны ведь и рынки обрушить, и клиентскую базу обратить в пыль.
Что там Алан Гринспен! У нас теперь повелитель биржевых спекулянтов Владимир Маркин…
Еще Чуковский Корней Иванович, не попадавший в такт с генеральной линией советской детской литературы, пророчески описал сложившуюся вокруг "гласности" Следственного комитета ситуацию в произведении с симптоматичным названием "Путаница": "Кому велено чирикать — / Не мурлыкайте! / Кому велено мурлыкать — / Не чирикайте!" В смысле — не входите в несвойственную вам роль, не злоупотребляйте твиттером, этимологически восходящим к английскому глаголу to tweet, что означает "чирикать".
Да и не генеральское это дело — "чирикать" на манер блогера. Твиттеру — твиттерово, следователю — следователево. И им не сойтись никогда.