Журналистка Алина Джикаева признала вину по уголовному делу о взяточничестве. По версии следствия, она за деньги получала от полицейского сведения ограниченного доступа. Сумма инкриминируемой взятки составляет 285 тысяч рублей.
Вчера в telegram-канале журналистки опубликовали её обращение. По словам Джикаевой, все обвинения относятся к периоду её работы в telegram-канале Baza и не имеют отношения к деятельности редакции «Сапа».
«Эти сведения не были направлены против государственной власти, не раскрывали подробностей чьей-либо личной жизни и никого не компрометировали. Более того, эта же самая информация через час-полтора появлялась на официальных страницах ведомства», — пишет Алина Джикаева.
Как утверждает журналистка, на протяжении почти года правоохранители вели наблюдение за ней и коллегами. В её рабочем кабинете разместили прослушивающее устройство. Джикаева выразила недоумение денежными затратами государства на эту операцию, которые, по её оценке, превышают размер вменяемой взятки:
«За нами ездила „наружка“, в моём кабинете установили прослушивающее устройство, московские оперативники долго находились в командировке в Осетии. Будто мы не журналисты, а преступная группировка. Если прикинуть, сколько государство потратило на „операцию по разработке Алины Джикаевой“, то получается в разы больше, чем те самые 285 тысяч — размер взятки, которую мне вменяют».
Изначально Джикаева отказывалась признавать вину, так как не была согласна с квалификацией деяния — «преступление, совершённое группой лиц». Эту формулировку удалось исключить из материалов дела, после чего журналистка признала вину.
Девушка сообщила, что следователь планирует ходатайствовать о её содержании в СИЗО до сентября, аргументируя это возможностью побега:
«До сентября, представляете! Еще два месяца мучений и отчаяния, когда не знаешь, как там дети, чем они живут и как растут. Ужасно!» — пишет она.
Напомним, Алину Джикаеву задержали 14 апреля. Следствие полагает, что в 2020—2025 годах полицейский за вознаграждение передавал ей оперативные сводки о происшествиях в Дагестане и Северной Осетии. Эти данные, по версии следователей, затем размещались на сайте издания.