Подкаст «Стражи памяти» — совместный проект Лениздата и архивного комитета Петербурга. Второй сезон посвящен тому, как архивы помогают сохранять культурное наследие города.
В новом выпуске ведущий Пётр Годлевский и глава Архивного комитета Пётр Евгеньевич Тищенко обсуждают самые разные исторические моменты и личности: от Федора Достоевского, который, дорожа дворянской честью, даже перед каторгой думал о возвращении одолженной книги, до судеб эвакуированных ленинградцев.
Выпуск можно найти:
VK: видео в группе Лениздата или архивного комитета
Telegram: видео в нашем канале.
Пример для всех
В конце сентября Тищенко побывал на Совете по архивному делу при Федеральном архивном агентстве в Омске и решил поделиться впечатлениями со зрителями. Он объяснил, что архивная система России имеет дискретный характер — документы часто хранятся там, где были созданы. Поэтому Архивные советы проводят не только в Москве и Петербурге, но и в регионах.
Петр Евгеньевич рассказал о раритетах, находящихся в омском архиве. Например, об арестантской книге, в которой записан писатель Фёдор Достоевский — он отбывал каторгу в местном остроге с 1850 по 1854 год.
«Я держал в руках книгу, которую, возможно, Фёдор Михайлович тоже брал почитать в библиотеке при Рождественском соборе. Его настоятель, Стефан Знаменский, начал формировать публичную библиотеку, в которой прихожане могли бесплатно брать книги — будь то заключённые острога, купцы или военные. Для арестантов были разрешены только книги духовного содержания. И несколько таких книг с пометками сохранились в историческом архиве», — поделился Тищенко.
В возрасте 27 лет Фёдора Достоевского приговорили к смертной казни за участие в тайном революционном кружке философа Михаила Петрашевского и распространение запрещенных идей. 22 декабря 1849 года осужденных петрашевцев привезли на Семёновский плац, зачитали им смертный приговор, но расстрел не состоялся:
«Достоевский стоял третьим, ожидая своей участи, — продолжает Тищенко. — Тот, кто стоял вторым, сошёл с ума, как известно. В самый последний момент прискакал гонец государя и сообщил весть о высочайшем помиловании и замене наказания на каторжные работы».
Глава архивного комитета поведал о письме, которое Достоевский написал своему брату в день несостоявшейся казни. В нем было примечание: при аресте Достоевского жандарм собрал книги из его дома, но одна из них писателю не принадлежала — он одолжил её у хозяйки салона. Та хранила эту вещь в память о погибшем супруге. Писатель поклялся честью, что вернёт книгу. В письме он просил брата сходить к жандарму и потребовать возвращения. Человек, которому идти на каторгу, не может оставить обещание неисполненным — дворянская честь не позволяет.
Когда Достоевский вернулся с каторги, он пришёл к брату с просьбой отдать ему письмо для комплектования своего личного архива. Брат согласился, но попросил написать копию. Достоевский сделал дубликат — воспроизвел тот же текст с той же припиской и оставил брату, а оригинал забрал себе.
«Всем пример — отношение Фёдора Михайловича к своим бумагам, к своим документам, которые могут впоследствии заинтересовать исследователя», — подчеркнул Тищенко.
Теперь одно из писем хранится в ЛГУ им. А.С. Пушкина, а другое — в петербургском архиве. Петр Евгеньевич предполагает, что оригинал всё-таки находится в университете.
Потерянные имена
Продолжая рассказ об Омске, Петр Тищенко затронул проект «Сплоченные войной». Согласно официальным документам, во время Великой Отечественной войны более 39 тысяч ленинградцев оказались в эвакуации в Омской области. Одна из задач проекта «Сплоченные войной» — составление полного списка эвакуированных из Ленинграда. Главная проблема в том, что изначально в списках была только половина имён.
Осенью прошлого года президент РФ Владимир Путин подписал закон, упрощающий процедуру присвоения статуса «Житель блокадного Ленинграда». Если раньше для получения господдержки требовалось подтвердить, что человек проживал в осажденном городе не менее четырех месяцев, то теперь достаточно доказать всего один день пребывания в блокадном Ленинграде. Поэтому за последний год граждане стали более активно обращаться в Архивный комитет — с осени 2025-го было подано 950 обращений для предоставления сведений об эвакуации.
«Благодаря тому, что в других регионах, где оказались эвакуированные ленинградцы, в том числе в Омске, сохранились исторические документы, у нас есть возможность помочь людям здесь и сейчас», — подчёркивает Тищенко.
По словам спикера, в министерстве культуры Омской области обещали продолжать восстанавливать список имён эвакуированных ленинградцев.
О тех, кто воплощал замысел Петра
В 2022 году Архивная служба Петербурга отметила столетие, и у сотрудников возникла идея сделать что-то символическое — интересный проект, связанный с числом 100.
«Мы собрали сто имён выдающихся петербуржцев, которые создавали великий город своими трудами, его задумывали, воплощали замысел Петра Великого», — делится Тищенко.
Архивная служба стремилась собрать в списке представителей всех сфер общественной жизни. Один из критериев — не включать в список ныне живущих людей.
«Если человек что-то создал — возникает документ. Если он пообщался с государственным аппаратом — в точке их встречи возникает документ. Что от нас останется в будущем? Формуляр, составленный в месте учебы или работы. Автобиография или стихотворение. Картина или эскизный проект архитектурного памятника или сооружения. Очень многообразны оттиски судеб людей, сыгравших значение в судьбе Петрограда, Ленинграда и Петербурга», — рассказал о проекте глава Архивного комитета.
Памятный альбом-сборник, выпущенный к 100-летию архивной службы Петербурга, доступен к прочтению в городских библиотеках.
Генерал «смотрит» на воплощение мечты
В числе людей, которые стремились улучшить Северную столицу, Тищенко вспомнил про Михаила Милорадовича — генерал-губернатора, которого знают прежде всего как жертву декабриста Петра Каховского. По словам главы комитета, это был деятельный управленец: в его руках сосредоточились военная и гражданская власть, а в городе сохранилось множество следов его замыслов.
В 1824 году император поручил Милорадовичу заменить ветхие деревянные Нарвские триумфальные ворота, возведённые в честь побед русской гвардии над Наполеоном, на монумент из мрамора и бронзы. В архиве сохранилась докладная записка президента Академии художеств Алексея Оленина с расчётами: сколько нужно меди, золота и мрамора, откуда его везти и во сколько обойдётся строительство.
На полях записки сохранился вопрос Милорадовича: раз уж увековечивать славу гвардии, то почему бы не воздвигнуть такие же врата в честь всего российского войска — при въезде в столицу со стороны Москвы? Император заметил пометку, и так родилась идея создания Московских триумфальных ворот.
Сам Милорадович свой замысел не увидел: в 1825 году он вышел один на Сенатскую площадь к восставшим декабристам и был застрелен. По словам Тищенко, на смертном одре генерал испытал облегчение, узнав, что пуля выпущена не из армейского, а из гражданского пистолета — значит, его убил не собственный солдат. Спустя годы бюст Милорадовича установили в Московском садике, напротив ворот.
«Бюст Милорадовичу, очень красивое его изображение, разместили напротив Московских ворот, в Московском садике, у Московского проспекта. И теперь генерал "смотрит” на воплощение своей мечты, на эти Московские триумфальные ворота», — подытожил Тищенко.
Эти ворота простояли на месте около ста лет. В 1936 году проспект решили расширять, и монумент перестроили. Петр Евгеньевич связал это с генпланом 1935 года — именно он предопределил расширение Московского проспекта и судьбу монумента. Рассказ о нём и о главном архитекторе послевоенного Ленинграда Николае Баранове собеседники оставили для следующего выпуска «Стражей памяти».
Материал подготовлен и размещен на средства гранта Санкт-Петербурга